– (1)Скажи, пожалуйста, ты так век думаешь прожить? – спросил Райский после обеда, когда они остались в беседке.
– (2)Да, а как же? Чего же мне ещё? – спросил с удивлением Леонтий.
– (3)Ничего тебе не хочется, никуда не тянет тебя? (4)Не просит голова свободы, простора?
– (5)Леонтий указал на книги:
– Книги, ученики... жена в придачу, – он засмеялся, – чего больше?
– (6)Книги? (7)Разве это жизнь? (8)Старые книги сделали свое дело; люди рвутся вперед, ищут улучшить себя, очистить понятия, прогнать туман… (9)А он глядит в книгу, а не в жизнь!
– (10)Чего нет в этих книгах, того и в жизни нет или не нужно! – торжественно решил Леонтий. – (11)Вся программа, и общественной и единичной жизни, у нас позади: все образцы даны нам. (12)Умей напасть на свою форму, а она готова. (13) Не отступай только – и будешь знать, что делать. (14)Позади найдешь образцы форм и политических и общественных порядков. (15)И лично для себя то же самое. (16)Кто ты: полководец, писатель, сенатор, консул, или невольник, или школьный мастер, или жрец? (17)Смотри: вот они все живые здесь – в этих книгах. (18)Учи их жизнь и живи, учи их ошибки и избегай, учи их добродетели и, если можно, подражай. (19)Да, трудно! (20)Мы и давай выдумывать какую-то свою, новую жизнь! (21)Вот отчего мне никогда ничего и никуда дальше своего угла не хотелось: не верю я в этих нынешних великих людей...
(22)Он говорил с жаром, и черты лица у самого у него сделались, как у тех героев, о которых он говорил.
– (23)Стало быть, по-твоему, жизнь там и кончилась, а это всё не жизнь? (24)Ты не веришь в развитие, в прогресс?
– (25)Как не верить, верю! (26)Вся эта дрянь, мелочь, на которую рассыпался современный человек, исчезнет: всё это приготовительная работа, сбор и смесь неосмысленного материала. (27)Эти исторические крохи соберутся и сомнутся рукой судьбы опять в одну массу, и из этой массы выльются со временем опять колоссальные фигуры, опять потечёт ровная, цельная жизнь, которая впоследствии образует вторую древность. (28)Низость, мелочи, дрянь – всё побледнеет: выправится человек и опять встанет на железные ноги... (29)Вот и прогресс!
– (30)Ты всё тот же старый студент, Леонтий! (31)Всё нянчишься с отжившей жизнью, а о себе не подумаешь, кто ты сам?
– (32)Кто? – повторил Козлов, – учитель латинского и греческого языков. (33)Я так же нянчусь с этими отжившими людьми, как ты со своими никогда не жившими идеалами и образами.
– (34)Ужели тебе не хочется никуда отсюда, дальше этой жизни и занятий?
(35)Козлов отрицательно покачал головой.
– (36)Помилуй, Леонтий; ты ничего не делаешь для своего времени, ты пятишься, как рак. (37)Оставим римлян и греков – они сделали своё. (38)Будем же делать и мы, чтоб разбудить это (он указал вокруг на спящие улицы, сады и дома).
(39)Будем превращать эти обширные кладбища в жилые места, встряхивать спящие умы от застоя!
– (40)Как же это сделать?
– (41)Я буду рисовать эту жизнь, отражать, как в зеркале, а ты...
– (42)Я... тоже кое-что делаю: несколько поколений к университету приготовил... – робко заметил Козлов и остановился, сомневаясь, заслуга ли это?
– (43)Хорошо, да всё это не настоящая жизнь, – сказал Райский, – так жить теперь нельзя. (44)Многое умерло из того, что было, и многое родилось, чего не ведали твои греки и римляне. (45)Нужны образцы современной жизни, очеловечивания себя и всего около себя. (46)Это задача каждого из нас...
– (47)Ну, за это я не берусь: довольно с меня и того, если я дам образцы старой жизни из книг, а сам буду жить про себя и для себя. (48)А живу я тихо, скромно, ем, как видишь, лапшу... (49)Что же делать?.. – (50)Он задумался.
– (51)Жизнь «для себя и про себя» – не жизнь, а пассивное состояние: нужно слово и дело, борьба. (52)А ты хочешь жить барашком!
– (53)Я уж сказал тебе, что я делаю своё дело и ничего знать не хочу, никого не трогаю и никто меня не трогает!
(по И. А. Гончарову*)
*Иван Александрович Гончаров – русский писатель и литературный критик.
В чем люди видят смысл своей жизни? Именно над этим вопросом рассуждает Иван Гончаров в предложенном для анализа тексте.
Размышляя о проблеме, автор представляет диалог между Райским и Леонтием. В разговоре они обсуждают свои планы на жизнь. Так, Леонтий показывает свою заинтересованность в книгах. Он считает, что они могут предоставить все образцы, по которым может жить человек, а также советует не отступать от этих форм, и тогда каждый будет знать, что надо делать. Леонтий ценит информацию, которая записана в книгах и предпочитает опираться только на эти сведения. Свой смысл жизни учитель видит в обучении людей различной литературы, он хочет показать, насколько важны знания, записанные на бумаге. Более того, он объясняет, что живет "для себя и про себя", поэтому Леонтий не стремиться к изменению мира, он предпочитает помогать новому поколению соприкоснуться с книгами великих авторов.
Далее Райский описывает свою точку зрения на представленную тему. Он является ценителем современных достижений, опирается на знания, которые направлены на изучение технологий и на разработку новых открытий. Райский противостоит суждениям Леонтия, он не понимает, как можно жить "для себя и про себя", когда обществу надо стремиться к современности. Он настаивает на том, что человеческое существование должно состоять из слова, дела и борьбы. Райский желает "превращать эти обширные кладбища в жилие места, встряхивать спящие умы от застоя!". Его смысл жизни заключается в стремлении к общественному прогрессу, он верит, что его помощь нужна для развития людей, и причастность к полезному делу поможет избавиться от долговременного застоя.
Автор применяет прием противопоставления в примерах-иллюстрациях, чтобы показать различие между представленными персонажами. Их мнения отличаются друг от друга. Так, Леонтий предпочитает жить, не участвуя в изменении общества, и опираться на знания из книг, видит свое существование спокойным и неизменчивым. В то время, как Райский ценит современные научные открытия и стремится к улучшению общества.
Авторская позиция четко выражена: